Neue Semljaki

ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: +49 (0) 52 51 / 68 93 360

ВСЕГО 49 ЕВРО В ГОД! 12 НОМЕРОВ В УЛУЧШЕННОМ, ЖУРНАЛЬНОМ ФОРМАТЕ!

Письма отправляйте по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12c, 33100 Paderborn. E-Mail: redaktion@neue-semljaki.de

Рубрика газеты "НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ" -
ФОРУМ
Это ваши письма, отклики на наши публикации и всё, чем вы хотите поделиться с нами!
 
Потомки меннонитов – из общего прошлого
 
Телефон зазвонил неожиданно. Незнакомец представился: «Мы с вами, Ирене, познакомились на сайте „Одноклассники“. Я помогаю вам в составлении родословной. Вы спросили, откуда я родом и что знаю о меннонитах». Как выяснилось, мой новый знакомый проживает с семьёй в Германии с 1994 г. Днём занят на работе, а любимое занятие в свободное время – изучение истории предков-меннонитов, и здесь пересеклись наши интересы.
 
Как и его мама, он родился в Сибири, а его бабушка с маминой стороны – в Оренбуржье. Его отец родом из Донецкой области, а все другие предки родились в Хортице и Молочной и их дочерних колониях на территории Екатеринославской и Таврической губерний юга России или, ранее, в Германии, Западной Пруссии, Польше, Нидерландах, Австрии, Швейцарии.
Отец моего собеседника умер в 37 лет. Судьба оказалась к нему жестокой. Не пожив, не вырастив детей, не узнав, как сложится их судьба, он ушёл в мир иной, оставив детям искорку своего сердца. И она разгорелась. Его сын заинтересовался судьбой родителей и узнал о них много, в том числе о том, что родители, деды и прадеды во многих поколениях были меннонитами – сильными, волевыми, умными, трудолюбивыми. Мой новый знакомый начал помогать и другим − отыскивать исторические корни.
Родословной моего отца я интересуюсь давно. Воспоминания детства вели меня по жизни в поисках его следов. Написала очерки «Незапрограммированная родословная» и «Немного о прошлом», задумала написать книгу о братьях и сестре отца, проживавших много лет, вплоть до переезда в Германию, в Оренбургской области. Именно туда привели и моего нового знакомого следы предков.
На моё предложение помочь мне, он ответил согласием, и я выслала ему имеющиеся у меня данные о моей родне. Забегая вперёд, скажу: он помог, прислав сведения о моих предках более чем за двести лет! «Мне кажется, мы все между собой родня, – он разжигал во мне желание немедленно углубиться в прошлое. – И наши с вами корни могут соприкоснуться в одном из поколений. Ведь тогда, как и сейчас, создавались новые семейства, рождались дети, а у наших предков их было много».
Да, в семье моего деда-меннонита, Исаака Исааковича Креккера, было девять детей. Двое умерли малолетними, но остальные выжили и вернулись в Германию, в места предполагаемого проживания их предков.
В Нидерландах и Германии меннонитов жестоко преследовали, и постепенно они переселились в Северную Германию – в прибрежные районы Северного моря, в нынешний Гамбург, Альтону, Ольденбург, а также Западную Пруссию и Польшу, где прожили примерно двести лет. Здесь у них окончательно сложился диалект платтдойч. Позже меннониты появились в России, во-первых, чтобы освободить сыновей от воинской повинности, вновь введённой прусским королём (меннониты придерживались по вере заповеди – не брать в руки оружие и не занимать государственных постов), а, во-вторых, им понадобились новые земли, ведь семейства разрастались, а земля по наследству у меннонитов передавалась одному из сыновей. Многие мужчины, не получившие в наследство земельные наделы, становились ремесленниками. Позже они и их взрослые сыновья уезжали в другие места в поисках работы. За пару веков, когда меннониты, в основном из Голландии, и их потомки селились в прибрежных районах Балтийского моря и поймах рек в Польше и Западной Пруссии, их количество сильно увеличилось.
Прошло ещё почти столетие. Светские школы, смешанные браки, да и не только это, разрушали устои меннонитских общин. Всё было не так просто в те времена. И нужно хорошо знать историю, чтобы ответить на вопрос: почему не только меннониты, но и немцы всех конфессий начали перебираться на малозаселённые земли юга России, на побережье Чёрного и Азовского морей, да и на Волгу, в районы сегодняшних Саратовской и Самарской областей. Именно тогда Россия столкнулась с проблемой освоения земель, завоёванных у Османской империи, появились один за другим два манифеста Екатерины II. Первый, обращённый к немцам, а второй – ко всем иностранцам, с приглашением их в Россию.
Теперь я понимаю, почему мои предки-меннониты из Западной Пруссии покинули обжитые места и отправились в путь. Вероятно, через Данциг они шли в Екатеринославскую губернию, нынешнюю Днепропетровскую область Украины. Там, на речке Хортице, была образована первая меннонитская колония. «Да, Ирене, но... – услышала я тут возражение моего нового знакомого, – ваш прадед Исаак Исаакович Креккер с семьёй числится в списках колонии Молочная, располагавшейся на реке с одноимённым названием в Таврической губернии. Позже эта колония стала центром жизни меннонитов большого региона на Чёрном и Азовском морях. А в конце XIX века меннониты тронулись дальше, вглубь России. Там они образовали колонию Новая Самара в Самарской губернии (сегодня эти сёла относятся к Оренбургской области) и заселили земли Оренбуржья во многих сёлах колонии Деевка в Переволоцком районе».
Да, именно там поселился мой дед Исаак Исаакович с семьёй. Интересно, что всем главам семей в трёх поколениях давали имя Исаак, по Библии, и первые три сына получали в основном имена в честь отца и двух дедов, а первые три дочери – в честь двух бабушек и матери. Некоторые из наших предков называли себя голландцами, так как из поколения в поколение передавалось, что предки приехали из Голландии.
Несколько раз к нам в Сибирь, в гости, приезжали родственники отца из немецких посёлков Кутерля и Луговск Оренбургской области. Когда они общались между собой, я не понимала ни слова. Когда же мать с отцом разговаривали на немецком, я прекрасно понимала их речь. Прошли годы, прежде чем мне стало известно, что мама – швабка из немецкого посёлка Катариненфельд, расположенного на Кавказе в Грузии, и что она не понимала папин диалект, поэтому они разговаривали между собой на литературном немецком, который изучали в школах своих немецких посёлков.
Мой собеседник тоже рассказал о том, что впитал в себя сначала от родителей и бабушки платтдойч, а уже потом, в школе, учил литературный немецкий и, как сейчас ему известно, этот диалект был распространён вдоль побережья Северного и Балтийского морей от Голландии до Кёнигсберга до того, как ввели сегодняшний немецкий язык, так как надо было как-то объединить более двухсот разных диалектов, существовавших раньше.
В конце разговора он как бы подытожил: «Мы с вами, Ирене, люди из одного прошлого, из одной страны». А я добавила: «Из одного детства и юности. У нас похожие мысли, общие интересы». «Главное, – отозвался он, – мы любили своих отцов, матерей и уважаем прародителей».
Мой новый знакомый, несомненно, прав. Я любила отца, как никогда никого больше не любила. Он понимал меня, ненавязчиво советовал, учил выживать в любой ситуации. Когда мой отец в 54-летнем возрасте ушёл из жизни, мир для меня рухнул. Сегодня я пытаюсь восстановить историю его рода. Я поняла, что нельзя откладывать на потом то, что нужно сделать сегодня. И это для меня – главный итог нашего разговора.
Поздно вечером мой младший сын-программист уже скачивал для меня программу, с помощью которой можно систематизировать сведения о своих исторических корнях. «Потомки... Это ведь я пока последний, кто должен продолжить наш род?» − сказал он. Его слова убедили меня в том, что я на правильном пути, решив посвятить своё свободное время изучению родословной.
Пути Господни неисповедимы, причудливы и совершенны. И они выведут нас к истине.
Ирене Крекер, Кенцинген
На фото: Ирене Крекер
 
Ваши письма, воспоминания, статьи, очерки, рассказы, стихи, заявки о поиске людей в Германии и всё, чем Вы хотите поделиться с нами, отправляйте прямо в Фейсбук или по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12 c, 33100 Paderborn.
По вопросам размещения рекламы в газете звоните по тел.: 05251-6893359 в рабочие дни с 9 до 15 часов. ВОЗМОЖНЫ СКИДКИ!

Наши партнёры