Neue Semljaki

ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: +49 (0) 52 51 / 68 93 360

ВСЕГО 49 ЕВРО В ГОД! 12 НОМЕРОВ В УЛУЧШЕННОМ, ЖУРНАЛЬНОМ ФОРМАТЕ!

Письма отправляйте по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12c, 33100 Paderborn. E-Mail: werbung@neue-semljaki.de

  / NeueSemljaki

Рубрика газеты «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ» −
Это было недавно
 
Людмила Вильгельм родилась в 1953 г. в Оренбургской области России. Работала библиотекарем, комсомольским секретарем, вожатой в школе. В июне 1993 г. переехала с семьёй в Германию. Попали в переселенческий лагерь Брамше (Нижняя Саксония), там и осели. Трое дочерей, десять внуков. Старшая дочь освоила профессии швеи-закройщицы и ассистента художника-графика, средняя – педагог, историк и теолог, младшая – специалист по розничной торговле.
 
Водительские права
«Хорошо тебе, ты ничего не боишься! − часто слышала я от знакомых женщин, завидовавших мне. – Ты самостоятельная, уверенная, да и автомобилем лихо управляешь!» И только один Бог знает, чего мне это стоило.
Интерес к технике был у меня всегда. Помню, в детстве просила папу отпустить меня поработать на сенокосилке. Раньше косили на тракторах «Беларусь», которые тянули за собой грабли, а по мере накопления скошенной травы, их нужно было поднимать и опускать вручную. Для этого требовался трактористу помощник, обычно это были подростки. Но чтобы девчонка! Такого еще не бывало. И папа меня не отпустил.
Позднее всё перепробовала: водила мотоцикл, автомобиль, трактора, работала с комсомольцами на комбайне. Время было такое: ни прав тебе, ни защитных шлемов.
Собираясь в Германию, мы знали, что нужны водительские права. Теорию я сдала сразу, а практика никого тогда не интересовала. Даже со двора ДОСААФ не выезжала − права получила.
Приехала в Германию, пришлось пересдавать, да это и к лучшему. Для меня, прожившей почти сорок лет в сельской местности, знавшей одно только важное правило − «rechts vor links» (преимущество правой стороны), без какого-либо опыта, сразу окунуться в такой водоворот движения, было опасно. Мы с мужем не возражали, и сразу записались в автошколу. Учились охотно, с интересом, вместе изучая теорию. Честно скажу, для меня это было, из-за языкового барьера, сложновато, да и дорожные ситуации я не всегда понимала.
Муж имел уже десять часов вождения, но не был допущен до экзаменов. И я обратилась с упреком к учителю. «Позвольте нам это решать», − последовал ответ. «Но у него двадцать лет водительского стажа! И для нас каждый час стоит денег», – парировала я. «А мы здесь мед не едим!» − раздраженно ответила жена шефа. На что я моментально отреагировала: «Нам тоже деньги с неба не падают». После этого муж был допущен к экзаменам − блестяще сдал и получил права. А я продолжала набирать опыт вождения по германским дорогам, а не между полевыми клетками, и не понарошку, а вполне серьезно.
Наступил долгожданный экзамен. Февраль, дождливое раннее утро. Выезжаю с боковой дороги на главную. Вдруг замечаю, как мой учитель бьет палец о палец. Резко торможу. Провалила. Откуда я могла знать, что его знак обозначал: «Beschleunigen!» (увеличить скорость).
Следующий экзамен. Проехала достаточное время, показала искусство вождения, как только могла. Должна припарковаться на автостоянке. Вижу, что не вписываюсь, включаю первую передачу, чтобы проехать вперед и снова сдать назад, но не успеваю: учитель жмет на тормоз. Провалила.
Снова набираю часы, и опять экзамен. Посылают по всем углам и закоулкам, а в конце − на «кирпич» (Sackgasse). Еду, ничего не подозревая. Слышу голос экзаменатора за моей спиной: «Durchgefallen» (провалила экзамен). Не могу понять, в чем дело. Оказывается, должна была заранее предупредить экзаменатора, что еду как житель этого квартала или доставщик товара. Не помню, чтобы учитель об этом говорил. Плачу.
Три месяца пауза, и история повторяется. Опять набираю часы. Через десять уроков – экзамен. Где была, как ехала, не помню. Получаю права. Ощущение такое, вроде мне одолжение сделали или права подарили. На душе − осадок, чувство неполноценности. Долгожданные права на руках, а радости нет.
 
Jeder Popel fährt “nen Opel
«Теперь я буду твоим экзаменатором», − сказал мне муж и предложил прокатиться. В гараже стоял новый опель, купленный им по случаю получения прав. «Jeder Popel fährt “nen Opel», – отметила я про себя и села за руль.
По натуре я человек темпераментный, поэтому и езда у меня быстрая. Еще не доехала до перекрестка, не успела снизить скорость, а муж уже схватился за ручник. Мотор заглох. Нервничаю. Сзади − скопление автомобилей, а я с третьей попытки пытаюсь завести машину. Кажется, весь мир смотрит на меня и смеется. Ужас!
Возвращаемся домой. «Ставь машину в гараж, на работу поедешь на роллере», - слышу голос мужа.
Ночью снится мне сон: еду, машина меня не слушает, с бьющимся сердцем давлю на педаль, выкручиваю руль, но все бесполезно; машина врезается в толпу, и люди разбегаются. Просыпаюсь в холодном поту. Рядом спокойно посапывает моя половинка. Потихоньку встаю, на цыпочках выхожу из спальни, одеваюсь. Вывожу машину из гаража. Еще очень рано, все спят. Кругом тишина, и шум мотора, кажется, разносится по всей округе. Представляю, как муж просыпается и бежит за мной, пытаясь остановить.
Покидаю свой двор. Вот уже и поселок позади. Почти доезжаю до места работы. Дорога идет на подъем. Смотрю, черная кошка бежит, да так спокойно, будто вразвалочку. Бросаю газ, но не торможу, дорога-то вверх идет, скорость сама падает. Думаю, кошка тоже не дура, чтобы под колесами валяться. А она, наверное, подумала, что у меня есть тормоз. Чувствую удар. Смотрю, кошка в кусты летит... Пока работала, всё о ней думала: живая или нет?
Возвращаюсь домой. Первым делом муж машину обходит, хозяйским взглядом осматривает, не поцарапала ли? Всё в порядке. Похоже, экзамен сдала. С того дня я баранку из рук не выпускала.
Оснабрюк казался мне мегаполисом. Ехать туда боялась, но виду не подавала. Дети радовались: «Мама, давай в Оснабрюк в кино поедем!» − «Поедем! Никаких проблем!»
А навигации не было. Город не знала. Веду автомобиль по их подсказке. Кричат все хором: «Сюда, мама, сворачивай!» А куда сворачивать-то? Сначала перестроиться надо... Туда-сюда, уже проехали... На третьей попытке сдаюсь, возвращаюсь домой. Через пару километров замечаю, что еду в Амстердам! На следующем съезде разворачиваюсь и еду уже в направлении дома. Дети мои притихли. Молчат. Домой прибыли в час ночи.
 
Таксист по случаю
Таксистом я начала работать случайно: по случаю безработицы обратилась на биржу труда, и молодой служащий предложил мне эту работу. Я, конечно, очень удивилась. «У вас есть права?» − спросил он. «Да, конечно...» − ответила я растерянно. А таксопарку требовались работники, вот и всё.
Но чтобы получить права таксиста (Führerschein zur Fahrgastbeförderung) необходимо пройти медкомиссию и доказать, что ты физически и психически здоров, можешь говорить, слушать, смотреть, рулить и одновременно реагировать на дорожное движение. Хотя в действительности необходимо еще реагировать на выходки пассажиров.
Раньше не было навигационной системы, и местность нужно было знать наизусть. Экзамен сдавали в местном ведомстве по дорожному движению. Первый экзамен − бесплатно, завалишь − следующий стоил тогда семьдесят марок. Мне пришлось платить.
На экзамене нужно было письменно отметить пункт назначения от точки А до В, называя все улицы, притом самый короткий путь. Сдала экзамен на 94 %. Кстати, все таксисты должны каждые пять лет проходить эти тесты, кроме экзамена на знание местности.
Я начала работать таксистом осенью 1999-го. Работу не просто любила, а обожала: люблю водить автомобиль и общаться с людьми. Возможно, поэтому не боялась, хотя случались всякие истории, в том числе не слишком веселые. Но коллеги были доброжелательны, всегда помогали. Я часто обращалась с вопросом: «Можно спросить?» На что всегда получала ответ: «Frag bis zum Loch im Bauch!», что по-русски можно перевести: «За спрос не дают в нос».
«Центральная» сообщала нам рейсы по рации, а для этого нужно хорошо владеть языком, чтобы понимать неразборчивую речь. Конечно, я очень волновалась. Помню, послали меня по адресу, где на перекрестке должен ждать меня человек. Еду и вижу − бежит, рукой машет, видно, очень торопится. Едва успеваю остановиться, почти на ходу плюхается он на сиденье и совсем невнятно произносит адрес. Переспрашиваю. Он повторяет точно так же, и я не знаю, как реагировать. Спрашиваю снова. Он выскакивает, хлопает дверью и выкрикивает ругательства в мой адрес.
А в это время «центральная» спрашивает, куда я должна ехать с этим пассажиром. Отвечаю: «Никуда!» Следует вопрос: «Почему?» Сижу, как на горячей сковородке... Уже представляю, как все мои коллеги слушают этот разговор и посмеиваются. И не только мои коллеги, но и коллеги из параллельной фирмы (у нас была общая рация на две фирмы). Отвечаю, что пассажир не захотел со мной ехать. Дальше слышу, как «центральная» шлет моего коллегу по тому же адресу. Теперь я про себя смеюсь, потому что мой коллега − Андрюха из Казахстана. Надеюсь, у него получится.
Был и такой случай. Раннее утро, темно. Дождь проливной. Забираю двоих мужчин. Отвожу, по их просьбе, в ночной бар, где один выходит, а другого везу дальше. Выезжаю за город и вдруг чувствую, как пассажир меня сзади то ли обнимает, то ли пытается ласково придушить. Спрашиваю: «Неужели из-за этих ста марок собираешься свои руки марать?»
А он не верит. Думает, я всю ночь работала и у меня куча денег. Дальше − больше, я ему говорю, что живу там, куда его везу, и что я его тоже знаю. Естественно, он мне не верит, спрашивает, где я живу. Называю адрес и добавляю, что живу рядом с участковым полицейским, называю его фамилию. И это была правда. Неправда состояла в том, что этого пассажира я не знала, брала его, так сказать, на пушку.
Тогда он признается мне в том, что работает в местном магазине и печет там булочки. «А я в этом магазине булочки покупаю», − отвечаю ему. Он уже давно отпустил мою шею и вовсю расхваливает своих замечательных соседей – русских немцев. Какой великолепный у них шашлык и всё остальное.
Прошло с тех пор два года. Получаю рейс в тот же бар. Захожу с высоко поднятой рукой с ключами и произношу: «Taxi!» Смотрю вокруг и жду, кто откликнется. За стойкой стоит тот, что тогда первым вышел, а рядом сидит «обожатель русских немцев». Сразу узнав его, подхожу, нацеливаю указательный палец ему в лицо и произношу: «Ну, мой друг! Сегодня я буду тебя душить!» Вижу испуганные, удивленные от замешательства лица. Шеф спрашивает, что случилось. Я рассказываю. «Что, разве я был такой пьяный?» − удивляется мой бывший пассажир. Теперь едем, как старые знакомые. По дороге спрашивает меня, какие я люблю булочки, выскакивает у магазина и приносит мои любимые, и мы расстаемся друзьями.
 
Слишком далеко уехали
Получаю рейс в клинику в Оснабрюк. Нужно оттуда пациентку забрать. Нам часто приходилось возить постоянных клиентов, в основном больных из Брамше. Мы знали их хорошо и по имени, и где они живут, и куда им нужно. Но вначале мне трудно давались имена и места назначения.
Трогаюсь в путь, и только потом соображаю, что не уточнила, в какой именно из двух клиник ждет меня пациентка. Спрашивать стесняюсь. А сама думаю: ладно подъеду к одной, если там этой женщины не окажется, поеду к следующей, благо, что обе находятся в одном направлении.
Подъезжаю к главному входу. Стоит древняя бабуля, даже возраст не определить. Оперлась на палочку, волосы седые распустила и выглядывает из-под летней шапочки. На носу − линзы толщиной по сантиметру, а в ушах − слуховой аппарат. Не успела я из машины выйти, как она уже возле меня стоит. Спрашиваю: «Вы такси заказывали?»
В ответ она кивает головой, называет улицу и уверенно располагается на сиденье. А у меня неуютно на душе, чует сердце, что-то тут неладно. Звоню в «центральную», сообщаю про бабулю. Оказывается, мне нужна другая клиника. Порешили на том, что я забираю обеих.
Подъезжаем к Брамше, спрашиваю первую, какой номер дома, а она спокойненько отвечает: «Мы слишком далеко уехали». Оказывается, ей нужно в Оснабрюк.
 
Доктор Ризиус
Всевозможные недоразумения случаются в жизни часто из-за незнания. Вот так случалось и со мной. С тонкостями работы была ещё не знакома, да и знания языка недоставало.
Послали меня в больницу Брамше пациента забирать. Ничего сложного. Мне не впервой. По-немецки это прозвучало так: «Frau Wilhelm. Krankenhaus. Innere Station. Kunde zur Doktor Risius bringen». Вопросов нет, еду. Но что такое «Kunde»? Это может быть мужчина, но может быть и женщина. Клиент есть клиент. А про доктора Ризиуса я вообще не слыхала, что за праксис, тоже не знала. Впрочем, какая разница, таксиста это не волнует.
Поднимаюсь на второй этаж, захожу в нужное отделение, навстречу движутся медсестра и больной. Она несет в одной руке сумку, а в другой держит конверт. Я представляюсь как таксист, она передает мне конверт и сумку, и мы с пациентом направляемся к выходу. Уже в кабине я беру его справку (Taxischein), оформляю поездку и спрашиваю «центральную», где находится этот праксис.
Пациент удивляется моему вопросу: «Меня вообще-то выписали из больницы… Мне домой нужно». – «Странно, а мне сказали, что вас надо отвезти к доктору Ризиусу», − возражаю я. «Ну, раз сказали к доктору, значит, к доктору», − произносит пациент, и мы едем.
Сопровождаю больного до дверей праксиса и вижу вывеску, на которой написано: доктор Ризиус − женский врач. Значит мы идем на женскую консультацию? А пациент уверенно открывает дверь и направляется вверх по лестнице. «Кто знает, что тут, в Германии, случается, − думаю я, − может, здесь мужики тоже к гинекологам ходят?»
Открыв дверь в праксис, вижу, как медсестры машут мне руками, чтобы мы удалились, а сами, упав на стойку приемного стола, задыхаются от смеха, и до меня доходит: «Der falsche Patient!»
 
Диалог в такси
Однажды мне пришлось везти молодого мужчину, судя по разговору, из бывшей ГДР.
− Откуда ты? – спрашивает он.
− Из Брамше.
− Да-а-а, я имею в виду…
− Да, из Брамше. Гартенштадт.
− Да, я понял. Я имею в виду родом, − не унимается он.
− Из России.
− Да, я понимаю. А точнее − из Казахстана или Украины?
− Из России, Южный Урал.
− Я знаю Украину, Белоруссию, Казахстан. Я из Померании. Я сразу понял, что ты с Востока! Откуда ты − из Казахстана или Украины?
− Южный Урал, Россия.
− Не-е-ет, Урал – это не Россия.
− Ну конечно! Урал находится между Европой и Азией.
− Хм, из какого ты города?
− Оренбург.
− Не знаю, ни разу не слыхал...
− Лежит на границе с Казахстаном.
− Ну я же сказал! Я так и знал! Я сразу догадался, что ты из Казахстана!
После паузы:
− Ты счастлива здесь?
− Хм…
− Я – нет. Мы стену разрушили, думали, что всё лучше будет.
Людмила Вильгельм, Брамше
 
Вы хотите опубликовать в газете «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ» Ваш рассказ, повесть, очерк, стихи? Хотите представить себя и вашу фирму на обложке нашей газеты? Хотите, чтобы в газете появилось интервью с вами? Позвоните нам и сообщите об этом!
ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: (+49) 05251-6893359.
Ваши письма, воспоминания, статьи, очерки, рассказы, стихи, вопросы, заявки о поиске людей в Германии и всё, чем Вы хотите поделиться с нами, отправляйте прямо в Фейсбук или по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12 c, 33100 Paderborn.
По вопросам размещения рекламы в газете звоните по тел.: +49 (0) 5251-6893359 в рабочие дни с 9 до 15 часов. E-Mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. ВОЗМОЖНЫ СКИДКИ!
www.facebook.com/NeueSemljaki/

Add comment

Наши партнёры